Когда в 90-х годах прошлого столетия осознали, что вызвать образование антител можно даже с помощью веществ небактериальной природы типа расти-тельных и сывороточных белков или эритроцитов, то для получения специфи-ческих антител стали вводить экспериментальным животным чуть ли не все мыслимые вещества, какие только попадались в руки иммунологам. Животных иммунизировали не только веществами чужеродного происхождения, цо также неизменными компонентами своего собственного организма. В ранних работах с введением животному собственной сыворотки и других жидкостей организма неизменно получались отрицательные результаты, и это позволило Эрлиху (Ehrlich) сформулировать его знаменитое выражение: страх самоотравления (horror autotoxicus), согласно которому по неизвестным причинам организм не способен к иммунному ответу против собственных компонентов. Однако другие исследователи не ограничивались изучением одних только растворимых веществ, и вскоре Мечников и другие показали, что иммунизация животных их собственными сперматозоидами и клетками многих других органов ведет к обра-зованию антител с цитотоксическими свойствами в отношении вводившихся клеток и часто специфичных к тому органу, из которого получены клетки. Этим было положено начало изучению феноменов аутоаллергии, при которых механизмы протективного иммунитета могут парадоксальным образом обратить¬ся против человека, включаясь в пагубную для него реакцию, направленную против собственных элементов организма. Экспериментально показанная воз¬можность аутоаллергического заболевания вскоре получила клиническое под¬тверждение — были открыты два глазных заболевания, в основе которых, по-видимому, лежали именно такие патогенетические механизмы. Первое из них, ставшее самым ярким примером этого рода страданий, получило название факоанафилаксии. При этом у человека, получившего травму капсулы хруста¬лика, возникает сенсибилизация к освободившимся белкам и развивается вос¬палительная реакция на эти белки. Специфическая иммунологическая сенсиби¬лизация менее заметна при другой клинической форме глазных заболеваний — симпатической офтальмии, при которой травма одного глаза, очевидно, сенсиби¬лизирует человека таким образом, что у него развивается аллергическое заболе¬вание как поврежденного глаза, так и другого.

С самого начала и далее, на протяжении многих десятилетий, было оче-видно, что аутоиммунные процессы действительно существуют и притом имеют важное клиническое значение. Вскоре возникло предположение, что местом развития аутоиммунных реакций могут быть многие органы и клетки, в том числе щитовидная железа {болезнь Хашимото), мозг (аллергический энцефало-миелит), эритроциты (приобретенные гемолитические анемии) и ряд других. При многих из этих болезней (например, при гемолитических анемиях) лишь изредка удавалось доказать существенное патогенетическое значение циркули¬рующих антител. Значительно чаще они только сопутствовали заболеванию, как это бывает при аллергическом тиреоидите. Позднее было установлено, что многие из этих болезней можно перенести интактному животному не с сыворо¬точными антителами, а с помощью сенсибилизированных клеток, как это было убедительно показано впервые при аллергическом энцефаломиелите. Подобные эксперименты внесли ясность в проблему и прочно обосновали значение кле-точного иммунитета как главного фактора в патогенезе многих заболеваний.
Другая трудность в изучении природы и патогенеза аутоаллергических заболеваний связана с тем, что при некоторых из них обнаруживают циркули-рующие аутоантитела, связь которых с основным патологическим процессом

установить не удается. Так, ревматоидный фактор, который часто обнаружи-вают при ревматоидном артрите, по-видимому, представляет собой специфиче-ские антитела к сывороточному гамма-глобулину, но совершенно непонятно, почему они возникают и в чем заключается их действие. Аналогичным образом при так называемых коллагенозах типа системной красной волчанки и дерма-томиозита часто находят циркулирующие антиядерные антитела против ДНК или комплексов ДНК с гистонами, однако и в этом случае происхождение и функции аутоантител остаются неясными.